1972 MAG Olympics USSR

1972: Sovetsky Sport’s Coverage of the Men’s Event Finals

In 1972, there were no Soviet men’s artistic gymnasts on the all-around podium. Afterward, the Soviet press noted that the fight was not over. The Soviet gymnasts could still take home gold during the event finals, and indeed, they did. Nikolai Andrianov and Viktor Klimenko became Olympic champions on floor and pommel horse, respectively.

Here’s what the main Soviet sports newspaper wrote about the men’s artistic event finals. Though the Soviet and Japanese gymnasts were rivals, the press was quite complimentary towards the Japanese gymnasts, especially Tsukahara’s high bar routine.

MUNICH, WEST GERMANY – SEPTEMBER 01: Viktor Klimenko of the Soviet Union competes in the Pommel Horse of the Artistic Gymnastics Men’s Apparatus final during the Munich Olympic Games at the Sporthalle on September 1, 1972 in Munich, West Germany. (Photo by The Asahi Shimbun via Getty Images)



The floor exercise finals were opened by K. Köste from the GDR, a strong and experienced gymnast, who, however, had no particular achievements in this discipline. He didn’t make much of a claim here, either. N. Andrianov followed him onto the stage. He did the first diagonal, flew high in a double somersault… Perhaps no one else had such an acrobatically rich program. Andrianov completed it with a double twist but did not land quite accurately. He got 9.65 points. At that time, it was still unclear whether it was much or little. Everyone waited to see what the Japanese gymnasts would show. Young S. Kasamatsu was the first to present his “calling card.” He made good use of his tall stature to increase his amplitude. In the Arabian somersault, he seemed to float over the mat. Yet, his mistakes were noticeable, and the 9.5 did not allow him to compete with Andrianov, although their preliminary scores were the same.

Kasamatsu was followed by the captain of the Japanese team A. Nakayama. He took a hurricane pace at once, spectacularly changed it with such connections as, for example, V-sit to handstand. At that moment, the hall even groaned with delight. But still, perhaps, the modern complexity and some zest in his routine were missing. That is why his score was slightly lower than that of Andrianov’s — 9.5.

And then something strange began to happen. The overall Olympic champion S. Kato almost exactly repeated Andrianov’s diagonal, even though his double somersault was lower; he rushed in the opposite direction and, when doing the usual connection, firmly settled on the mat. Of course, a high score was out of the question. And, finally, E. Kenmotsu flew high in the air in a triple twist and also flopped on the floor.

That’s how Andrianov got the gold medal. Frankly speaking, we had counted on it before, but the Japanese seriously shook our confidence. And now the falls threw their leaders far back. The coach of the Soviet team, Honored Master of Sports V. Chukarin, after the competition suggested that the Japanese did not have enough stamina for four days of performances. The new regulations require special physical training, and no one has such experience yet. And still, according to both Chukarin and the Japanese coach Y. Endo, the new system is progressive.

Meanwhile, the complications continued in the exercises on the pommel horse. Kato had quite a few faults here, and Kenmotsu made some very serious mistakes. V. Klimenko became the leader here, who performed a clean routine composed in a modern manner. He had the best score in the finals — 9.6. It was especially pleasant to see Viktor’s result, because after last year’s serious injury, he lost a lot of time; his sore leg let itself be known every now and then, he trained less than his peers and, nevertheless, managed to catch up with them.

M. Tsukahara, now a strong all-rounder, showed a very complex, non-standard routine on the rings. Nakayama was very good, too. In his program, the swing, dynamic elements and strength and hold parts were perfectly combined. His score for this apparatus was excellent — 9.65. M. Voronin was not after tricks. We saw a calm, well-put-together routine performed with the purity that was inherent in Mikhail. 9.65 points were enough to get ahead of everyone else, but not Nakayama. Mikhail took second place, and in the conditions of fierce competition at the Olympics, it was a success.

All vaults of the Japanese could not qualify for anything. As if confirming this, Kenmotsu, when finishing the vault named after his compatriot Tsukahara, stood firmly on all fours. The other vault was a handspring with a 180 degree turn. You cannot get much for that one. Klimenko showed the most difficult jumps here as well and again got the best score — 9.425. However, the low preliminary score did not allow him to rise above second place.

[Note: According to Gymnast magazine, Kenmotsu performed a handspring front salto, and a handspring with a full-twist.]

The first place went to Köste. With his victory, he once again confirmed that the gymnasts of the GDR were becoming trendsetters on vault. Köste himself rated his success modestly. He said that he was already satisfied with the fact that he had made it to the finals in this event, and what place he would take in it was not particularly important for him. It was a polite gesture to Andrianov, who was in the lead before the finals. He did well on the vault, but stumbled and got 9.5 points. It seemed that he had the gold medal in his hands. Even a primitive for those times “fold-unfold” movement [i.e. a Yamashita], which, of course, was performed clearly enough, would have put him in first place. Nikolai, however, tried to perform a front handspring with a twist and… sat down on the mats. Still, the complexity gave him an overall score of 9.2, and in the end, Nikolai got a bronze medal, even though he had hoped for more.

On parallel bars, there were failures as well. First, Nakayama got hurt; he made a serious mistake at the beginning of his interesting routine, and then Andrianov failed to perform the whole element. Kato finally made his mark. He started his routine — leg circles over the bars — effectively and unconventionally. He drew attention right away. The ending was just like him — a double back somersault tucked. The Olympic champion had a better score — 9.8.

But here’s the amazing thing: the well-known elements that had long been forgotten — “Diomidov spin,” the one-arm handstand — looked fresh here and were greeted by the spectators no less fervently than the most dizzying dismounts.

And still, the most striking was the last final — on the high bar. There were five Japanese sportsmen and Andrianov performing in it. Nikolai tried very hard and flew high in the dismount; still, the comparison of his routine with the exercises performed by the five from the Olympic champions team was in favor of the latter. Kenmotsu, Nakayama, Kasamatsu, and Kato performed original routines that differed from each other and were literally stuffed with “ultra-C” elements. However, everyone was overshadowed by Tsukahara. His routine is superb, and his dismount is just stunning. As one of our experts aptly said, this is something from the gymnastics of the future. Tsukahara himself admitted that he took a year and a half to master it, suffered a lot of injuries, but he didn’t come to the Olympics empty-handed. Again he received the highest score of the day — 9.9.

So, none of the gymnasts managed to achieve the top score twice in the finals. Six apparatuses — six champions. This means that in the world today there are many gymnasts of nearly equal strength, gymnasts of the highest class. It’s nice that our sportsmen are among them. This means that we have forces capable of leading Soviet gymnastics forward.


(Our special correspondent).

MUNICH, September 2.

Sovetsky Sport, no. 207, 1972

Финал в вольных упражнениях открывал К. Кёсте из ГДР — сильный и опытный гимнаст, но в этом виде особых достижений не имевший. Он и тут больших претензий не предъявил. А за ним на ковер вышел Н. Андрианов. Вышел на первую диагональ, высоко взлетел в двойном сальто… Пожалуй, ни у кого такой насыщенной акробатикой программы не было. Завершил ее Андрианов двойным пируэтом, правда, приземлился не совсем точно. Поставили 9,65. Тогда еще было непонятно — много это или мало. Оставалось ждать, что покажут японские гимнасты. Первым предъявил свою «визитную карточку» молодой С. Касамацу. Он хорошо использовал высокий рост для увеличения амплитуды. В арабском сальто он, казалось, парит над ковром. Но ошибки у него были заметны, и 9,5 не позволили соперничать с Андриановым, хотя предварительные оценки были у них одинаковы.
Касамацу сменил капитан японской команды А. Накаяма. Темп он сразу взял ураганный, эффектно менял его такими связками, как, например, высокий угол — стойка на кистях. Зал тут даже застонал от восторга. Но все же, пожалуй, современной сложности, какой-то изюминки в его комбинации не хватало. И потому оценка у него оказалась чуть ниже, чем у Андрианова, — 9,5.
А потом началось что-то странное. Абсолютный чемпион Олимпиады С. Като почти в точности повторил диагональ Андрианова, только двойное сальто было у него пониже, бросился в обратном направлении и на обычной связке прочно уселся на ковер. О высокой оценке, конечно, уже и речи быть не могло. И наконец Э. Кенмоцу высоко взлетел в воздух в тройном пируэте и тоже шлепнулся на пол.
Так золотая медаль оказалась у Андрианова. Откровенно говоря, мы на нее рассчитывали и раньше, но японцы серьезно поколебали уверенность в этом. А тут падения отбросили их лидеров далеко назад. Тренер советской команды заслуженный мастер спорта В. Чукарин после состязаний высказал предположение, что японцам не хватило выносливости на четыре дня выступлений. Новый регламент требует особой физической подготовки, а таким опытом еще никто не обладает. И все-таки, по мнению и Чукарина, и японского тренера Ю. Эндо, новая система прогрессивна.
Тем временем и в упражнениях на коне продолжались осложнения. У Като здесь было немало огрехов, а Кенмоцу допустил совсем уж грубые ошибки. Лидером стал В. Клименко, выполнивший чисто комбинацию, составленную в современной манере. У него лучшая оценка в финале — 9,6. За Виктора особенно приятно, потому что после  прошлогодней. тяжелой травмы он потерял много времени, больная нога то и дело заставляла вспоминать о себе, тренировался он меньше своих товарищей и все же сумел нагнать их.
На кольцах очень о сложную, нестандартную комбинацию показал М. Цукахара, ныне сильный многоборец. Хорош был и Накаяма. В его программе отлично сочетались маховые, темповые элементы с силовыми, статическими. Оценку он получил для этого снаряда отличную — 9,65. М. Воронин не гнался за трюками. Мы видели спокойную, добротно сбитую комбинацию, исполненную с присущей Михаилу чистотой. 9,65 хватило, чтобы обойти всех остальных, но не Накаяму. Михаил вышел на второе место, а в условиях острого соперничества на Олимпиаде это успех.
Все прыжки японцев ни на что претендовать не могли. Словно подтверждая это, Кенмоцу, заканчивая прыжок, названный именем его соотечественника Цукахары, прочно встал на четыре точки. А другой прыжок был переворот боком с поворотом на 180 градусов. За него много не получишь. Клименко и здесь продемонстрировал самые сложные прыжки и опять получил лучшие баллы — 9.425. Но невысокая предварительная оценка не позволила ему подняться выше второго места.
Первое досталось Кёсте. Своей победой он еще раз подтвердил, что гимнасты ГДР становятся законодателями мод в опорных прыжках. Сам же Кёсте оценил свой успех скромно. Он сказал, что был уже доволен тем, что пробился в финал в этом виде, а какое место он в нем займет, особой роли для него не играло. Это был жест вежливости в адрес Андрианова, который перед финалом уверенно лидировал. Прыжок он выполнил хорошо, но, споткнувшись, получил 9,5. Казалось, что золотая медаль у него в руках. Даже примитивный по нынешним временам «сгиб— разгиб», исполненный, разумеется, достаточно четко, выводил бы его на первое место. Но Николай попытался исполнить переворот вперед с винтом и… уселся на маты. Правда, сложность обеспечила ему общую оценку 9,2, а в итоге досталась Николаю бронзовая медаль, но он-то рассчитывал на большее.
Без срывов не обошлось й на брусьях. Сначала пострадал Накаяма, допустивший грубую ошибку вначале своей интересной комбинации, а потом Андрианов не выполнил целый элемент. Зато отличился, наконец, Като. Эффектно, не шаблонно начал комбинацию — круги над жердями. Сразу обратил на себя внимание. Под стать ему была и концовка — двойное сальто назад в группировке. Оценка у олимпийского чемпиона была лучше — 9,8.
Но вот что удивительно: давно известные элементы, которые уже стали забываться — «вертушка Диомидова», стойка на одной руке — прозвучали здесь свежо и встречались зрителями не менее горячо, чем самые головокружительные соскоки.
И все таки самым ярким был последний финал — на перекладине. В нем выступало пять японцев и Андрианов. Николай очень старался, вылетел в соскоке высоко и все же сравнение его комбинации с упражнениями пятерки из о команды олимпийских чемпионов было в пользу последних. И Кенмоцу, и Накаяма, и Касамацу, и Като выступали с оригинальными, не похожими друг на друга комбинациями, буквально нашпигованными «ультра-си». Однако всех затмил Цукахара. У него комбинация превосходна, а соскок просто ошеломляющий. Как метко сказал один из наших специалистов, это что-то из гимнастики будущего. Сам Цукахара признался, что на ее освоение он потерял полтора года, натерпелся травм, но зато приехал на Олимпиаду не с пустыми руками. Снова ему досталась высшая оценка дня — 9,9.
Итак, ни одному из гимнастов не удалось в финале дважды добиться высшего
успеха. Шесть снарядов — шесть чемпионов, Это значит, что в мире сейчас немало гимнастов примерно равных по силам, гимнастов самого высокого класса, Приятно, что среди них и наши спортсмены. Это значит, что есть у нас силы, способные вести советскую гимнастику вперед.
(Наш спец. корр.).
МЮНХЕН, 2 сентября.

More on 1972

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.